.

Когда надо зайца оберегать от хищников




Я убежден, что иной отличный шахматист сдает партию только потому, что подавлен турнирной славой своего противника; что судьи порой невольно снисходительнее к гимнасту или фигуристу, украшенному медалями и титулами чемпиона; что читатель, наконец, благоговеет перед иными строками, старается находить в них смысл, хотя бы его было негусто, лишь потому, что подписаны они знакомым именем.


Эти соображения побуждают меня привлечь внимание к одному из опубликованных в ходе дискуссии об охоте выступлений, способного, на мой взгляд, повлиять на суждения, об охотниках именно из-за этой привычки людей не подвергать сомнению высказывания известного человека. Мне лично кажется, что в статье, о которой идет речь, нет ни складу ни ладу, и я постараюсь это доказать, прибегнув к ее разбору. Пусть не посетует читатель — говорить мне придется об общеизвестном и даже азбучном.

Интересуют пигменты для перманентного макияжа по хорошей цене и высокого качества? Тогда ссылка выше будет вам полезной. Загляните.

«Как ни рассматривать охоту, она есть акт предумышленного лишения жизни, то есть прямое убийство, и в этом качестве подлежит самому строгому юридическому рассмотрению, если не от лица закона, поскольку заяц, скажем, закону не подлежит, то с точки зрения общественной морали».


Стоит заменить в этом логически далеко не четком предложении слово «охота» словами «рыбная ловля», «куроводство» или «звероферма», как станет очевидной вся его ложная значительность. В самом деле, прямое убийство затевают рыболов, расположившийся с удочками на берегу реки, колхозница, откармливающая многочисленное цыплячье племя, зверовод, выращивающий в вольерах своих лисенят: везде и всюду — убийцы, «подлежащие строгому юридическому рассмотрению». Как жить в таком неблагонадежном, опасном окружении?


Замечу для тех, кто, приняв приведенное изречение всерьез, вооружится против охотников, что — если не для его автора, то для них — заяц как раз и подлежит закону, и даже очень строгому. Они, эти «убийцы», твердо знают, когда надо зайца и его потомство оберегать от хищников и бродячих собак, а когда закон разрешает за ним погоняться. И даже, представьте, знают, сколько допустимо за сезон в том или ином урочище отстрелять, чтобы не скудело заячье племя, а становилось многочисленнее, опять-таки в разумных пределах, дабы эти самые длинноухие не сделались бичом садов и посевов.


Все последующее за приведенным начальным тезисом отражает желание автора доказать, насколько он верен, но так как очень трудно, если не невозможно, провести грань между убийством оправдываемым и недопустимым, рассматривая его с позиций «отнимания жизни у живого существа», то читатель статьи и наталкивается на странные и бездоказательные, порой лукавые, порой наивные рассуждения и не идущие никак к делу аналогии и отступления.


Ни эпитет «истязатель», ни фантастическое представление о связанных со стрельбой по бекасу фонтанах текущей крови, возле которых пляшет осатаневший от «навуходоносоровской страсти к убийству» охотник-любитель, ничто из этого не заслуживает протестов и опровержений по вздорности своей и облыжности. Но как вот — не лукавя и не лицемеря — выдавать индульгенцию промысловой охоте и тут же считать любительскую «поступком», который «вредит всему обществу в целом», хотя между промысловой и нашей любительской охотой принципиальной разницы нет?


Ведь и я, охотник-любитель, не выбрасываю свои трофеи, а, вернувшись с охоты, спешу созвать друзей на более или менее символическое угощение дичиной. Тем более не делает этого охотник, заслуживший лицензию на лося (дают ее с разбором!), который уносит домой выделенную ему долю добычи.


В чем дело? Почему преступно или недостойно радоваться доброму куску лосиного мяса, если живешь, к примеру, на небольшую пенсию, или работаешь лесником, за стол садишься не один, а с большой семьей, и если ты исправно оплачиваешь государственную пошлину, членский взнос, путевку и лицензию? И почему, наконец, должна меня смущать совесть по поводу украшенного тушеным зайцем обеда, если добыл я его сам, а не купил, как это, по всей вероятности, делает автор, посылая в гастроном узнать, нет ли в продаже рябчиков, тетеревов или тех же зайцев?



Дата публікації: 10.01.2019
Прочитано: 35 разів